• Киевский пейзажист ездил на пленер в Карпаты

    — Картины — это вечное триединство краски, бумаги и света, даже если это тень, — утверждает профессиональный художник, известный киевский пейзажист Юрий Горбачев.

    Недавно в столичном Доме ученых он представил на суд широкой общественности свои новые работы как итог летнего десятидневного пленэра в Закарпатье.

    Юрий открыл для себя красоту этого края минувшей весной. Очарованный буйством красок, он дал себе слово непременно побывать в Закарпатье снова, но уже с кистью и мольбертом. Свое слово он сдержал, и теперь благодаря его работам мы смогли увидеть край гор, озер и лесов глазами художника.

    Искристый горный ручей, архитектура старой Свалявы, едва различимые в утреннем тумане крыши домов на высокогорном перевале, зеркало озера, первые лучи солнца, пробивающие сумрачные тучи, стог сена на лесной поляне. И сам лес: то сонный в лучах жаркого солнца, то радостно аплодирующий встрече с ветром, то тревожно притихший перед разлукой с солнцем. Закат, рассвет. Любовь. Среди акварелей художника нет портретов, а те фигурки людей, которые угадываются на картинах, размыты, словно на фотографиях, фиксирующих движение. Но любовь ощущается в каждом его творении: так гармонично сочетаются на бумаге краски и свет, даже если, как сказал художник, это тень. И люди это чувствуют. Уже в первый день выставки на многих работах появились таблички: “Картина обрела нового владельца”.

    Работает Юрий Горбачев в хорошо известной технике, когда акварель пишется по мокрой бумаге. Сначала создается фон картины. Затем, по мере высыхания бумаги, на ней появляются фигуры переднего плана. Акварелист Ирина Блажчук, которая была на пленэре вместе с другими киевскими художниками, рассказала:

    — Во время работы Юру нельзя отвлекать, нельзя разговаривать с ним, — рассказала она. — Он словно настраивается на определенную волну. Отвлечешь — собьешь какой-то тонкий механизм.

    — Да, это правда, — подтверждает художник. — Рисую не я. Я — никто, и зовут меня Никак. Достаточно раствориться, слиться с пейзажем, а потом взять краски, обмакнуть в них кисть и попросить, чтобы красота, которую ты видишь и частью которой ты стал, позволила перенести себя на бумагу. Я жду, когда рука сама начнет двигаться. Это как импровизация у музыкантов. Не я пишу. Эта крыша, — он показывает на одну из своих картин, — сама “захотела” выглядеть именно так. Небо и горы — тоже. Я лишь служу свету, тени, охре и красоте окружающего мира.

    Что ж, в таком случае все эти пейзажи — автопортреты.

    Юрий Горбачев родился в семье потомственного художника. Его отец всю жизнь проработал на киностудии имени Довженко. Юра с детства прекрасно рисовал. Сегодня его картины широко экспонируются в Украине и за рубежом. Многие работы этого художника и философа “живут” в коллекциях настоящих ценителей искусства.